Мир стремительно меняется, и вместе с ним трансформируется система образования. Наше завтра зависит от того, каких детей мы воспитаем сегодня, поэтому нет изменений важнее, чем те, что происходят в школах.
Если раньше учителю нужно было убедить школьника не списывать ответ из интернета, то теперь ему приходится объяснять, почему ответ, который за несколько секунд придумала нейросеть, все равно стоит проверить самому. На уроке математики можно обсудить не только формулу, но и то, где она пригодится в реальной жизни, а на литературе – посмотреть на Печорина не как на героя из учебника, а как на человека, чьи поступки хочется понять. Даже на уроке музыки сегодня приходится отвечать на вопрос, что останется от искусства в мире, где создавать изображения, тексты и мелодии становится все проще.
В 2026 году учителю приходится по-прежнему отвечать на старые вопросы и искать новые подходы к знакомым предметам. Мы поговорили с финалистами всероссийского конкурса «Учитель года России – 2026» о том, чему сегодня действительно стоит учить в школе, где заканчивается помощь искусственного интеллекта и начинается самостоятельная работа, зачем нам искусство и почему даже самый простой вопрос ребенка иногда может заставить учителя пересмотреть собственный подход.
Я бы вообще не делил предметы и дисциплины на «главные» и «второстепенные». У каждого своя задача в образовании, развитии и воспитании ребенка. Математика учит видеть закономерности, литература – понимать человека и анализировать ситуации, а искусство дает возможность почувствовать этот мир и выразить себя в нем.
Особенно сегодня, когда ребенок окружен огромным количеством готового контента, причем порой созданного не человеком, важно сохранить и развить способность не только потреблять, но и создавать. Музыка, театр, изобразительное искусство дают для этого пространство и возможности.
Мой предмет учит слышать и замечать прекрасное, знакомит с культурой и ценностями, которые нашли отражение в творениях великих композиторов, учит мыслить, анализировать и чувствовать. Я вижу своими глазами, как дети меняются, растут личностно, становятся увереннее и даже начинают лучше проявлять себя в других предметах и сферах именно благодаря музыке и искусству.
Поэтому творческие предметы, на мой взгляд, должны быть не украшением школьного образования и не приятным дополнением к «основным» дисциплинам, а его полноценной и необходимой частью.
Школа должна давать ребенку не только пространство для творчества, но и пространство для собственной позиции в целом. В академических дисциплинах зачастую есть «правильный» и «неправильный» ответ. Творчество, в свою очередь, позволяет задать другой вопрос: «А как думаешь ты?» И это очень важно.
При этом творчество – это не обязательно сцена, кисти или музыкальный инструмент и тем более не просто изучение теории. Это возможность придумать свой способ решения задачи, предложить идею, посмотреть на привычное с другой стороны, рискнуть сделать не так, как делают остальные.
Но свобода творчества – это еще и ответственность за свой выбор. Если у ребенка есть возможность высказать собственную мысль, он постепенно учится не только иметь позицию, но и объяснять ее, отстаивать и слышать позицию другого человека. Ребенку важно чувствовать, что его мысли, идеи и взгляды действительно нужны и имеют вес. Именно из этого постепенно формируется самостоятельность — способность не ждать готового решения, а искать свое. Создавать. Творить.
Мне хотелось бы, чтобы в школе будущего искусство не оказалось вытеснено технологиями. Наоборот, чем больше вокруг нас будет искусственного интеллекта и цифровых инструментов, тем важнее станет то, что делает человека человеком: способность чувствовать, сопереживать, задавать вопросы, видеть смысл и создавать что-то от себя.
При этом технологии и искусство не должны противопоставляться друг другу. Меняются инструменты, появляются новые возможности для творчества, и школа должна учить ребенка ими пользоваться. Но каким бы совершенным ни был инструмент, он не отвечает на главный вопрос: зачем человеку создавать и что именно он хочет сказать.
Возможно, именно поэтому искусство в будущем станет даже важнее. Когда создание изображения, текста или музыки технически становится все доступнее, особую ценность приобретает не сам факт создания, а замысел, чувство и мысль, которые за ним стоят. А значит, школа должна не просто готовить ребенка к будущему, но и заботиться о том, каким человеком он войдет в это будущее.
Химия учит сомневаться в принципе. Нередки были случаи, когда новые научные открытия переворачивали представление о том, как устроен мир, законы уточнялись, менялись формулировки. Даже современная Периодическая система отличается от своего первоначального варианта, и мы понимаем, что даже она будет развиваться и надстраиваться.
Мне кажется, это очень важный навык, который формируется не только на уроках химии. Ребенок постепенно понимает, что знания не существуют раз и навсегда в неизменном виде, что наука постоянно развивается, а привычные представления могут уточняться и меняться. Поэтому важно не просто запомнить ответ, а понимать, почему мы пришли именно к нему, и быть готовым пересмотреть его, если появляются новые научные данные. В этом смысле химия хорошо учит воспринимать сомнение не как ошибку, а как естественную часть познания мира.
Школьнику сегодня нужны и вполне прикладные знания. Всех их не перечислить, но в первую очередь это техника безопасности: правильное использование и хранение бытовой химии, лекарственных препаратов, сохранение свежести продуктов. Мы не задумываемся о том, что эти привычные нам вещи тоже подчиняются законам химии.
Каждый день мы сталкиваемся с веществами и процессами, которые изучаем на уроках, просто часто не замечаем за обычными бытовыми действиями научной основы. Поэтому мне важно, чтобы ребенок видел связь между предметом и реальной жизнью. Знания о химии нужны не только тем, кто в будущем собирается заниматься наукой или поступать в профильный вуз. Они помогают понимать, как обращаться с привычными средствами, почему важно соблюдать определенные правила и как безопаснее вести себя в самых обычных ситуациях.
Я работаю в химико-биологическом лицее, и в последние годы конкурс на поступление в наш лицей постоянно растет. Мир естественных наук становится все популярнее, появляются потрясающе интересные направления в вузах, наука становится понятнее и ближе.
Мне кажется, сегодня у школьников появляется все больше возможностей увидеть, насколько большим и разнообразным может быть этот мир. Естественные науки уже не воспринимаются исключительно как набор сложных формул и терминов, которые нужно выучить ради экзамена.
За ними стоят реальные исследования, новые направления и задачи, с которыми человек сталкивается уже сегодня. Мир вокруг нас бросает нынешнему поколению серьезные вызовы, и я уверена, что наши дети к этим вызовам готовы. Важно только поддерживать их интерес и показывать, что научные знания помогают не просто получить профессию, но и лучше понимать окружающий мир.
Однажды мой собственный подход к преподаванию изменил очень простой вопрос. Его задала мне моя восьмилетняя дочь: «Мама, что такое атом?»
На этот вопрос я отвечала в своем лицее много лет, но именно в тот момент поняла, что не знаю ответа.
Тогда я поняла, что ты можешь быть потрясающим химиком, но, если не можешь объяснить маленькому ребенку, как устроен этот мир, есть вероятность, что в своей преподавательской деятельности ты что-то делаешь не так.
После этого вопроса я всегда напоминаю себе, что моя задача – научить всех детей, сделать так, чтобы они не заучили, а поняли. Только тогда я могу гордиться результатами своего труда.
На уроках литературы классический герой сегодня проходит жесткую проверку на психологическую достоверность.
Подростку мало просто сочувствовать, он хочет понять мотивацию персонажа. И если учитель поможет увидеть в Печорине или Раскольникове живого человека, узнавание себя произойдет мгновенно.
Описать современное поколение одним сленговым выражением? Тогда это будет точно «Сикс-севен». Это абсурдное, на первый взгляд, выражение как нельзя лучше отражает способ мышления современных школьников, где важна не логика, а эмоция.
В этом слове и протест против навязанной взрослыми логики, и игра, и поиск своего языка, который старшему поколению часто кажется пустым звуком.
Но именно через эту кажущуюся пустоту они учатся чувствовать друг друга, создавать свои правила и отстаивать право быть непонятыми.
Время идет. И начинаешь замечать, как и твое восприятие школьной литературы меняется. Например, сегодня я совершенно иначе читаю романы-эпопеи «Война и мир» и «Тихий Дон».
В школе я видела по большей части масштабные исторические полотна, а сейчас это в первую очередь истории о человеке в точке нравственного выбора. Изменился фокус от «что произошло с Россией» к «что происходит с человеческой душой в этих обстоятельствах».
Если выбирать одну книгу, которую поймет любое поколение из ныне живущих, я бы назвала «Мастера и Маргариту».
Есть такая шутка: если у тебя нет любимой книги, называй «Мастера и Маргариту» Булгакова. Может быть, все-таки не просто так это одно из самых популярных произведений? Михаил Афанасьевич говорит на вневременном языке о том, что всегда волнует человека. Это редкий случай, когда мистика, сатира и философия сплетены так, что каждый возраст находит свое.
Грань между помощью нейросети и выполнением работы за ученика, на мой взгляд, проходит там, где заканчивается самостоятельное мышление и начинается слепое следование тем решениям, которые предлагает нейросеть.
Поиск ошибок в собственном решении, попытка получить дополнительное объяснение от нейросети, генерация идей для последующего их самостоятельного развития – несомненная помощь. А вот получение готового ответа для сдачи учителю и неспособность ученика объяснить свою логику – это подмена работы, бессмысленная для настоящего и беспощадная для будущего ученика.
Я стараюсь выдавать творческие задания, в которых можно увидеть высокий уровень самостоятельности ученика. Например, не просто сделать презентацию по теме, а записать подкаст с объяснением темы. Очень важно оценивать не конечный результат, а процесс, ход рассуждений.
Иногда я предлагаю ученикам в качестве домашнего задания сформулировать промпт или набор промптов, с помощью которых они бы решили ту или иную задачу. При этом продолжаю искать наиболее подходящий формат домашних заданий, особенно на уроках математики, где остается важной отработка полученных навыков без применения ИИ.
Хороший урок должен содержать реальные жизненные ситуации, чтобы ученики видели, где и как полученные знания и компетенции могут прийти им на помощь.
Необходимо включать в уроки элементы, которые подтверждают важность критического подхода к любой информации. И также стоит не забывать про смысловые акценты, традиционные ценности и воспитательную составляющую урока, которую всегда можно найти в предлагаемых задачах.
Считаю, что основные ошибки школьников при работе с ИИ взаимосвязаны. Первопричина в том, что ученики воспринимают нейросеть как источник истины.
Если же понять, что ИИ — это помощник, с которым можно спорить, вместе искать решение и который иногда тоже ошибается, то можно избавиться от слепой веры в готовый ответ. Или как минимум сделать шаг в этом направлении.
Математика остается важной частью школьной программы, потому что это не только вычисления. Это способ видеть закономерности, мыслить широко и критически, устанавливать логические и причинно-следственные связи.
С математическим складом ума людям проще адаптироваться под изменения мира. А мир так быстро меняется, что, думаю, без математики никуда. Да, люди не будут использовать все, чему научились в школе. Но логику и вычисления они будут использовать в каждом своем шаге.
Самое сложное в преподавании сегодня – научить навыку, который пригодится ученику в будущем. На уроках математики важно осуществлять перенос полученных знаний в практическую плоскость актуальных задач.
В нашем мире нужно бежать в два раза быстрее, чтобы просто оставаться на месте. С математикой это тоже работает.
Поэтому я стараюсь проводить практико-ориентированные уроки и опережать вопрос «А зачем мне это?».
Например, мы не просто решаем в шестом классе какую-то задачу на движение. Мы можем решить ее в рамках регионального компонента, используя реальные объекты и ситуации. У нас есть ГЭС, различные заводы металлургии, где можно погрузиться в среду и посмотреть, как все происходит в реальности.
На открытом уроке «Учителя года» мы с ребятами адаптировали тему десятого класса – применение дробей и процентов в разных отраслях – под культурный код России и русские традиционные костюмы. Мы познакомились с историей, измеряли в режиме реального времени костюмы и тут же применяли эти знания для решения задач.
Я уверена, что научить математике можно и ребенка, который считает себя гуманитарием.
Он может думать, что математика ему в жизни не пригодится, но, встречая гостей, делая ремонт, рассчитывая, сколько нужно обоев или ингредиентов для большого пирога, он так или иначе с ней встретится.
Есть и такое явление, как «математическая тревожность». С такими ребятами нужно начать работу со снижения этой тревожности. Возможно, не стоит давить на них задачами, которые встречаются только в ЕГЭ. Важно создать комфортную среду, где задача будет иметь смысл.
Если говорить о конкретных знаниях, то во взрослой жизни продолжают работать арифметические навыки, основы планиметрии и стереометрии, проценты, части, дроби, статистика. Если рассуждать масштабнее, это навыки анализа, структурирования, причинно-следственные связи.
Но самое основное: математика дает возможность строить логику своей жизни, строить логику всего, что тебя окружает, видеть дополнительные смыслы. Я очень люблю, когда происходит конфронтация смыслов, а она может произойти только тогда, когда твой кругозор настолько широк, что ты можешь в чем-то обычном увидеть необычное, найти этот разрыв шаблона и по-настоящему удивляться этому миру.
Команда:
Фотограф: Александр Новиков.
Стилист: Кристина Константину.
Визажист: Алла Ибрагимова.
Гафер: Кирилл Ламбурт.
Ассистент визажиста: Алеся Лавринович.
Продюсер: Анастасия Фридман