#Интервью #ЭКСКЛЮЗИВ

Лиза Арзамасова: Я свой самый строгий критик

«Здравствуйте!» – говорит Лиза, разглядывая нас с явным любопытством. В этой девушке сразу улавливается неравнодушие ко всему, что происходит вокруг. Возможно, именно поэтому Лиза Арзамасова (20) – да, та самая Галина Сергеевна из «Папиных дочек» – так влюблена в свою профессию. Об актерской карьере («Слово «карьера» у меня совершенно не монтируется с актерством») она говорит с нежностью, но в то же время серьезно. Сейчас Лиза больше времени уделяет театру, но и о телевидении не забывает.
А еще она поддерживает детский благотворительный фонд «Галчонок», у которого завтра большое мероприятие – «Галафест» в саду Эрмитаж. Лиза там тоже будет. Приходи обязательно!


Такое бывает редко. Ты знакомишься с человеком, наблюдаешь за ним, разговариваешь, заряжаешься его настроением, а когда он уходит – становится грустно. Такое ощущение у меня возникло после встречи с Лизой. Только это грусть с приятным послевкусием. И дело даже не в ее непосредственности и легкости, секрет в энергетике Лизы. После общения с этой девушкой ты не превращаешься в супермена, но тебе вдруг хочется обнять случайного прохожего. И это очень приятное чувство!


Я никогда ничего не планирую. Конечно, у меня есть рабочий график, но и в него я заглядываю редко. В этом вопросе меня спасает мама. Она занимается моим расписанием. Я очень не люблю придумывать себе завтрашний день. Элемент неожиданности всегда воспринимаю как чудо. И очень люблю жить здесь и сейчас, растягивать моменты, наслаждаться ими.

Говорить о незавершенных еще проектах как-то тревожно. Никогда не знаешь, каким будет результат, даже если был влюблен и в сценарий, и в роль, и в процесс съемок. Я очень надеюсь, что все снятое нами в последнее время будет показано по телевизору и на большом экране.

На актера всегда лучше смотреть в театре. Я люблю живое общение со зрителями. Особенно на малой сцене. Когда не только зритель находится близко к актерам, но и актеры слышат дыхание зрительного зала, видят реакцию.

От Галины Сергеевны я никогда не уставала, теперь даже немного скучаю по ней. Съемки сериала завершились лет пять назад, но мы очень много времени провели на съемочной площадке, внутри веселой истории. Устать можно было иногда физически, если был плотный график и много текста, но устать от характера сложно. Он всегда менялся по объективным причинам. Дело не в сценарии: я ведь тоже росла, менялась моя физика, внутреннее состояние. Мы начали снимать, когда мне было 11 лет, а закончили, когда исполнилось 16. И за это время у меня были другие работы – часто очень серьезные.


В 14 лет я сыграла Джульетту в спектакле Сергея Алдонина. У Владимира Ивановича ХотиненкоСофью Ковалевскую в сериале «Достоевский» и большую роль в полнометражном фильме «Поп». Так что сегодня для меня Галина Сергеевна – это славное и приятное воспоминание детства и взросления.

Сериальную известность я никак не воспринимаю. Просто, если человека долго и часто показывать по телевизору, его начинают узнавать – это нормально. Иногда это мешает дальнейшей работе, иногда, наоборот, помогает.

Не могу сказать, что какими-то своими ролями я горжусь. Многие роли люблю, многим я благодарна. А гордости еще никогда не было. Я же все время взрослела. И сейчас, что-то пересматривая, всегда себя критикую. Иногда даже зажмуриваюсь, если что-то по телевизору повторяют. (Смеется.)

Если меня узнают на улице, то обычно здороваются, а я здороваюсь в ответ. И это приятная часть узнавания – будто в мире чуть больше знакомых людей, чем положено. И вы друг другу совсем не чужие.

Когда знакомлюсь с кем-то, мне важно, какую атмосферу человек создает вокруг себя. Наверное, это называется энергетикой. Не жалко ли ему для окружающих улыбки, вовремя сказанного доброго слова. Бывают вспышки, когда вдруг происходит какая-то магия, и совершенно чужой человек сразу кажется родным и близким. Но такое чаще случается в рабочей ситуации, когда мы вместе погружены и влюблены в одно дело.

Я страшный самоед. Критиковать меня довольно сложно. Я сама себя критикую больнее всех. В работе критикую абсолютно за все, даже за то, что еще вчера казалось нормальным. Критику продуктивную слушаю с благодарностью, особенно от старших и опытных коллег, для меня это очень важный обучающий момент. А пустую критику слушаю из вежливости.

Человек вообще ни с кем не должен себя сравнивать. Мне мама как-то в детстве доступно и настойчиво объяснила, что все чудо и волшебство заключается в том, что все люди на земле уникальны. Даже самые похожие братья и сестры все равно будут отличаться характерами, пристрастиями, желаниями, тембром голоса. То есть, когда осознаешь такую вещь потрясающую, даже сам себе начинаешь удивляться!

Нет ничего интереснее знакомства с новыми людьми. Люди – интереснее книг, фильмов и всего того, что они сами создают. Я считаю абсолютно всех людей на земле особенными. Ни разу еще не встречала человека, про которого мне сразу было бы все ясно и понятно с первого взгляда. Каждый человек – произведение искусства. В каждом – космос.

У меня куча рабочих комплексов. Как-то так вышло, что в кино и театре я работаю, но актерского образования у меня нет, поэтому я все время будто крадусь на ощупь, будто извиняюсь. И сомневаюсь в каждом кадре, в каждом слове. Но я не уверена, что с этими комплексами надо бороться в творческой профессии. Как только я выхожу на сцену, вся такая уверенная и важная, это пропадет.

Я не влюбчивая, покорять меня не надо. (Смеется.) Это же моя воля – любить или не любить. Но если говорить о влюбленности в людей, то в талант я влюбляюсь моментально! В чем бы он ни проявлялся. Тогда уже я человека в отрыве от его таланта не вижу и часто пропускаю какие-то важные качества личности. Я просто любуюсь и восхищаюсь тем, в чем он или она лучше всего себя проявляет.

Обожаю тех, кто умеет создавать красивые вещи руками. Восхищаюсь талантливыми ораторами, когда человек умеет красиво говорить, держать внимание аудитории, например. Поварами восхищаюсь, многодетными мамами, людьми, проявившими особенную силу и выдержку в сложных жизненных обстоятельствах. Великодушные люди восхищают.

Я понимаю, что актерское образование нужно. Но вот у меня так сложилось, что после школы я решила не поступать на актерский факультет, а получить профессию продюсера. Я раньше старательно и длинно отвечала на вопрос о том, почему так случилось. А теперь ответ стал коротким – так захотелось. Я учусь на четвертом курсе, и мне очень нравится. Все экзамены пока сдавала на пятерки. И это не потому, что я там что-то такое в своей жизни планирую – делать свои проекты или работать продюсером, нет, но никогда же не знаешь, какие сюрпризы преподнесет тебе жизнь.


У меня не было загубленного детства, как многие любят говорить. Оно было замечательное, балованное и беззаботное, с летом на даче, с играми и путешествиями. Просто это детство было украшено съемками в кино, а потом игрой в театре. Мама строго следила за тем, чтобы все в моей жизни было распределено гармонично, чтобы я много отдыхала, общалась со сверстниками и нормально училась в школе.

Не думаю, что я хорошо разбираюсь в людях. Скорее, нет. Но так как я медленно и трудно сближаюсь, у меня всегда есть время познакомиться с человеком ближе, увидеть его в разных ситуациях и попробовать сделать о нем свои (чаще всего неправильные) выводы. Шансы даю, конечно, и вторые, и сорок вторые, смотря о чем идет речь. Но надо прощать людей за ошибки. Иногда бывает это волшебное ощущение, когда с первого слова чувствуешь, что вы люди «одной породы». Мне нравится это чувство.

Я не понимаю, как можно выстраивать актерскую карьеру, шагать по какой-то лесенке… И со словом «серьезность» никак не могу разобраться. Это радость, удовольствие, восторг! Как актерство может быть серьезным? Мы же играем, иногда в серьезную и ответственную игру. И даже получаем за это гонорар, но мне не хотелось бы слишком серьезно относиться к профессии.

Любовь еще никому не мешала заниматься делом своей жизни. Она часто, наоборот, помогает, вдохновляет на победы. Я знаю многих актрис, у которых по трое-четверо детей, и это не мешает их работе. У каждого свой путь и выбор. Как работа может быть важнее любимых людей? Вполне нормально, когда есть какие-то порывы, когда вообще ни о чем не думаешь и большая любовь вдруг уносит человека за моря и океаны.

Наверное, любой человек, который вдруг почувствовал себя каким-то мегаособенным и выше других людей, может приболеть звездной болезнью. Тут важно, чтобы близкие люди были рядом и вовремя спустили с небес на землю, а не культивировали заболевание. (Смеется.)

Никогда не загадываю ничего про роли, партнеров и режиссеров. Случится – и слава Богу. Бывают, конечно, потаенные желания, вспышки, но я ими не делюсь и тут же себя отвлекаю.

Глобально мы все мечтаем быть счастливы. Но можно ли поставить и осуществить цель – «быть счастливым»?