#Культура #МОДА

Нерушимый союз: автор Telegram-канала «Бахчисарайские гвоздики» Дарина Алексеева о том, как тренды искусства повлияли на моду

Мода и арт-индустрия сегодня не просто связаны, а развиваются в симбиозе, дополняя и трансформируя друг друга. Дизайнеры часто делают отсылки к шедеврам мировой живописи, предлагают сотрудничество молодым и талантливым художникам, а те, в свою очередь, создают кастомизированные вещи и устраивают вместо показов настоящие перформансы.

Мы, к слову, даже делали материал, в котором показывали подиумные образы, вдохновленные знаменитыми картинами, а еще рассказывали о коллаборациях художников с люксовыми брендами.

А теперь переходим к самому интересному. Ты когда-нибудь задумывался, как тренды искусства повлияли на моду? Предлагаем обсудить эту тему вместе с автором Telegram-канала «Бахчисарайские гвоздики» Дариной Алексеевой. Передаем ей слово.

Дарина Алексеева

Развитие художественных стилей на протяжении многих веков определяло модные тенденции. В ХХ столетии союз моды и искусства достиг, пожалуй, наибольшего слияния – быстро меняющиеся арт-тренды не просто вдохновляли модельеров, но и приводили к настоящей революции на подиумах. Помимо образов и форм, навеянных дерзкими экспериментами авангардистов и постмодернистов, создавались коллаборации художников и модельеров, превращающие одежду и аксессуары в настоящие арт-объекты. Как писал Леон Бакст: «Впереди модниц идут художники, впереди художников идут их предтечи-новаторы».


Авангард и мода

Возникший в 1900-х авангард повлиял на все стороны культурной жизни. Кубизм, футуризм, орфизм, супрематизм и прочие «измы» определили визуальную эстетику на долгие годы. Геометрические формы, яркие цвета, одержимость движением и скоростью, практичность и простота – все это нашло отражение не только в живописи, архитектуре и дизайне, но и в моде.

Художница-орфистка Соня Делоне занималась разработкой текстиля для Шанель, Ланвен и Жака Хейма, открыла собственный «Симультанный бутик» (Boutique Simultané), где продавалась одежда в духе времени – для женщин-эмансипе, предпочитающих лаконичный крой чрезмерной роскоши. Делоне создавала вещи для жизни, отражающие динамику века с его автомобилями, самолетами и разрастающимися мегаполисами.

Бутик Sonia Delaunay (1920-е)

Русские авангардисты видели в моде актуальный язык для выражения своих идей. В их представлении мода должна была полностью трансформироваться, а внешний вид стать олицетворением нового человека.

Например, Михаил Ларионов и Илья Зданевич раскрашивали лица, Владимир Маяковский носил желтую блузу, а Александра Экстер, Ольга Розанова и Надежда Удальцова разрабатывали проекты платьев и аксессуаров, соединяя геометрические формы с техниками народных ремесел.

Казимир Малевич руководил текстильным факультетом промышленно-ремесленных мастерских и вместе со своими учениками занимался созданием эскизов для тканей, представлявших собой яркие сочетания супрематических фигур. Помимо этого, он разработал макеты костюмов и платьев, исходя из принципа цветового контраста.

Конструктивисты ставили во главу угла функциональность, придуманная ими одежда должна была воплощать концепцию потребностей нового советского человека. И Татлин, и Родченко со Степановой, и Попова стали своеобразными изобретателями антимоды.

Владимир Татлин смоделировал костюм «нормаль», который вряд ли можно было даже отдаленно назвать красивым, однако свою главную задачу – быть максимально практичным, гигиеничным и обладать легкозаменяемыми деталями – он выполнял. Любовь Попова и Варвара Степанова занимались прозодеждой – проектировали одежду для спорта, работы на производстве и тому подобное.


Сюрреалистическая мода предвоенного мира

Сюрреализм возник в эпоху между двумя мировыми войнами и моментально завоевал бешеную популярность. Причудливые образы на картинах Макса Эрнста, Жоана Миро, Ива Танги и прочих, замысловатая поэзия Поля Элюара и Жана Арпа, странные фильмы Луиса Бонюэля прекрасно отражали безумие окружающего мира. «Только греза оставляет человеку все права на свободу», – писал в манифесте идеолог движения Андре Бретон.

Самый главный и самый скандальный сюрреалист Сальвадор Дали обладал не только богатым воображением, но и бешеной работоспособностью. Он принимал участие в любых проектах, где можно было бы реализовать свои неординарные фантазии, не избежала его влияния и модная индустрия.

В 1930-е годы Дали стал сотрудничать с модельером Эльзой Скиапарелли. Так на свет появилось множество необычных моделей, таких как платье-скелет, платье-лобстер и, конечно же, шляпа-туфля.

Гала в шляпе-туфле Эльзы Скиапарелли. Фото: архив 1938 года

Идея этого головного убора возникла в 1932 году благодаря фотографии, где Дали позировал с одной туфлей на голове, а с другой на плече. Автором снимка была жена и муза художника Гала, она же стала и первой владелицей шляпки-туфли. Сам аксессуар украсил зимнюю коллекцию Скиапарелли 1937–1938 годов.


Популярное искусство и демократичная мода 60-х

В 60-х годах ХХ века произошла настоящая революция как в искусстве, так и в мире моды. Бунтующая молодежь выражала презрение к любым традициям, а художники и дизайнеры с легкостью отказывались от привычных материалов и технологий.

Пока бывший иллюстратор гламурных журналов, а ныне король поп-арта Энди Уорхол устраивал вечеринки на «Фабрике» и штамповал банки супа «Кэмпбелл», англичанка Мэри Куант популяризировала мини-юбку, а Пьер Карден и Пако Рабан стали использовать для своих коллекций помимо обычных тканей винил, металл и пластик.

Послевоенную женственность снова сменили лаконичные геометрические силуэты, которые волшебно сочетались с выверенными линиями и фигурами с картин художников-абстракционистов. В 1965 году Ив Сен-Лоран представил публике коллекцию платьев «Мондриан» с характерным рисунком, позаимствованным с полотен художника-неопластициста Пита Мондриана, а год спустя вышла коллекция, воплощающая яркость, задор и иронию поп-арта.

«Синий, желтый, красный», Пит Мондриан

«Находясь постоянно под влиянием живописи, я обязан своей июльской коллекцией 1966 года американским художникам, таким как Вессельман, Рой Лихтенштейн. Все мои платья были освещены пейзажами, луной и солнечным светом», – рассказывал Сен-Лоран.

Поп-арт с его рекламной эстетикой и любовью к повседневности стал тем самым мостиком между высокой и низкой культурой и в искусстве, и в моде.


Постмодернизм и деконструкция

Постмодернизм второй половины ХХ века дал художникам абсолютную свободу в выражении идей. Появилось огромное количество новых медиумов и практик, цитаты и апроприация стали неотъемлемой частью творчества, да и сами критерии оценки, что есть искусство, а что нет, сильно изменились. Современное искусство окончательно отказалось от задачи быть красивым, мастерски исполненным и «радовать глаз». «Возможно все» – пожалуй, так следовало бы охарактеризовать актуальную художественную культуру.

В модной индустрии такие перемены нашли выражение в деконструкции. Мартин Маржела, Йоджи Ямомото, Рей Кавакубо сознательно разрушали традиционную форму, отвергая принципы так называемого хорошего вкуса. Использование асимметричного кроя, неровных краев, необработанных срезов, всевозможных прорезей, швов и вытачек «налицо» стали визитной карточкой этих брендов.

Одним из признанных дизайнеров постмодернистов, enfant terrible от мира моды был Жан-Поль Готье, создавший уникальный образ певицы Мадонны 1990-х. Он превратил нижнее белье в верхнюю одежду, затянув Мадонну в жесткий каркас корсета с заостренной, словно снаряды, грудью, который скорее напоминал доспехи. Такая воинствующая сексуальность дополнялась мужскими костюмами, размывая границы гендерной телесности.


Уличное искусство и высокая мода

Стрит-арт, возникший в конце 70-х в неблагополучных районах Нью-Йорка, сегодня является чуть ли не самым коммерческим направлением. Уличных художников с удовольствием используют для рекламы, а модные дома устраивают с ними коллаборации или даже без стеснения воруют их работы, считая, что раз искусство создано в публичном пространстве, то оно не имеет авторских прав.

Кадр из фильма Downtown 81

Изначально существующее в рамках субкультуры и выступающее против институциализации и коммерциализации арт-мира уличное искусство было уделом парней с городских окраин, которые не имели денег даже на баллончик с краской. Стрит-арт служил способом оставить свой след в каменных джунглях, выразить протест против бездушной системы капитализма и просто повеселиться.

Модная индустрия быстро отреагировала на потенциал дикого и энергичного арт-тренда, внедрив рисунки и граффити никому не известных художников в коллекции прет-а-порте.

Один из первых известных стрит-артистов Кит Харинг выступал против такой эксплуатации и даже наладил собственное производство одежды, которая продавалась по вполне доступным ценам. Сейчас танцующих человечки Харинга можно увидеть в коллекциях Vivienne Westwood, Comme des Garçons, Tommy Hilfiger, Levi’s и многих других.

Кит Харинг. Фото: Getty Images

В 2009 году дизайнер Марк Джейкобс выпустил коллекцию сумок Graffiti от Louis Vuitton, которую тут же раскупили знаменитости вроде Мадонны и Пэрис Хилтон. Не отстает от него и Balenciaga – в 2017 году бренд создал свою версию Graffiti Collection – серию сумок, рюкзаков и кошельков из черной кожи, расписанных в стиле пестрых дворовых тэгов.

Balenciaga Graffiti Collection 2017

При этом в мире моды достаточно примеров недобросовестного заимствования вполне известными брендами чужих работ.
В 2015 году креативный директор Moschino Джереми Скотт скопировал для своей коллекции граффити стрит-артиста Rime (Джозефа Тирни). Скотт посчитал, что если изначально рисунок был актом вандализма, то ни о каких авторских правах речи быть не может.

Мало того, вместе с Кэти Перри кутюрье появился на балу Met Gala, где они произвели настоящий фурор нарядами с ворованным принтом, умолчав, кто истинный автор граффити. Rime подал в суд на бренд за плагиат, добавив в обвинение нанесение ущерба его репутации уличного художника. Он заявил, что «нет ничего более противоположного аутсайдерскому «уличному авторитету», так важному для граффити-художников, чем ассоциация с европейским шиком, роскошью и гламуром, воплощением которых является Moschino».

Из последних скандалов стоит вспомнить возмущенный призыв Бэнкси воровать вещи из магазинов Guess, который без спроса использовал его работу «Метатель цветов (Ярость)».

Картина Бэнкси «Метатель цветов»

«Они помогли себе с помощью моей работы, не спрашивая меня об этом. Так что может быть плохого в том, что вы сделаете то же самое с их одеждой?» – написал художник на своей странице в соцсети. И пусть Бэнкси лишился прав на собственное произведение, отказавшись в суде раскрыть личность, у него как у истинного уличного хулигана нашлись свои способы борьбы с произволом больших корпораций.