«В юности многих привлекают плохие парни»: Елизавета Кононова о роли Полли Пичем в спектакле «Опера нищих», дуэте с Максимом Матвеевым и стереотипах об актерской профессии
Вы наверняка слышали про успех «Оперы нищих» (по мотивам пьесы Бертольта Брехта «Трехгрошовая опера») Евгения Писарева, которая с аншлагами идет на сцене Московского драматического театра им. А.С. Пушкина. Ведущую роль Полли Пичем в ней исполняет Елизавета Кононова, которая также играет в спектаклях «Влюбленный Шекспир», «Зойкина квартира» и «Слуга двух господ».
Фирменная манера игры Елизаветы и сильный вокал помогли ей уже стать одной из главных звезд театрального сезона, поэтому мы решили поговорить с актрисой и узнать, как ее изменила роль Полли Пичем, каким получился творческий тандем с Максимом Матвеевым и с какими заблуждениями об актерской профессии ей до сих пор приходится сталкиваться.
Каким было твое знакомство с творчеством Брехта?
Еще в студенчестве в Театральном колледже им. Филатова у нас был самостоятельный показ отрывков на свободную тему, и я тогда выбрала «Доброго человека из Сезуана» Брехта. Это было наше первое знакомство. А позже я наткнулась на трейлер спектакля Юрия Бутусова в Московском драматическом театре им. А.С. Пушкина. Правда, постановку увидела, лишь когда сама стала работать в этом самом месте. Настолько сильно она тогда попала в меня, что я не могла заговорить четыре часа. И Брехт на большой сцене стал мечтой.
В 2021 году ты окончила Школу-студию МХАТ, где училась на курсе Евгения Писарева, а сейчас продолжаешь выступать в его труппе. Большая удача, что у вас сложился крепкий тандем. Чему он тебя научил?
Мне по жизни везет с мастерами. В колледже четыре года меня вела Светлана Фрониславовна Тимушкова, благодаря ей у меня уже был бэкграунд для поступления в институт. Поступила я не с первого раза, и если тогда я расстраивалась, то сейчас понимаю, что это судьба. Но даже когда все туры были позади, я понимала, что в меня не очень верят. А очень хотелось доказать, что я стремлюсь учиться. После первого семестра все изменилось. Репетировать с Евгением Александровичем — огромное удовольствие. Он всегда находит именно те слова, которые помогают посмотреть на сцену под совершенно другим углом, — и вдруг все становится на свои места. А если Евгений Александрович начинает что-то показывать сам, считай, повезло вдвойне. Это всегда отдельное представление: неожиданное, точное и невероятно смешное. Иногда кажется, что он может сыграть абсолютно кого угодно, причем так, что ты одновременно восхищаешься его мастерством и не можешь сдержать смех.
В колледже ты получила специальность «артист мюзикла». Наверное, после такого обучения легко было исполнять вокальные партии? Вообще каково это: переключаться с диалогов на зонги? (зонг – сатирическая или драматическая песенка, которая исполняется как отдельный номер, комментарий или интермедия в музыкально-драматическом спектакле — Прим. ред.)
Да, в моем первом дипломе действительно написано «артист мюзикла», но это совсем не значит, что вокальные партии всегда давались мне легко. Все-таки мюзикл и брехтовский театр — совершенно разные вещи, и подача здесь принципиально отличается. Для меня зонг — это прежде всего высказывание, возможность не просто выразить эмоцию персонажа, а донести определенную мысль до зрителя. Поэтому переключение с диалога на зонг происходит скорее не через смену способа существования, а через изменение интонации разговора с публикой. И в этом есть своя особая прелесть.
«Опера нищих» стала сенсацией. Если сравнивать с кино, то в театрах не так часто случаются настолько громкие премьеры, успех которых затрагивает и массового зрителя. Как проходили репетиции?
Подготовка началась с нашей лаборатории. В форме этюдов мы искали существование персонажей, их пластику, пытались понять, что с ними происходит за пределами текста — до начала пьесы, между сценами, после них. Мне кажется, лаборатория очень помогает в работе над спектаклем, потому что на этом этапе ты еще не привязан к конкретным сценам и можешь позволить себе гораздо больше свободы в поиске. Отдельно мы разбирали музыкальный материал: искали звучание, манеру исполнения, подачу, сам звук. Важную роль в этом процессе сыграла и Екатерина Олеговна, наш заместитель художественного руководителя. Она очень много знает о Брехте и помогала нам разобраться в принципах остранения (прием, который превращает знакомое в неожиданное — Прим. ред.) и очуждения, найти верное направление и понять, как эти приемы могут работать именно в нашем спектакле.
Постановка решена в яркой, гротескной форме, близкой к традициям таировского Камерного театра. Насколько нашему зрителю близок и понятен такой формат?
Брехт был новатором, реформировавшим театр. Его пьесы намеренно нарушают законы драматургии. На уровне восприятия зритель может немного теряться от того, как резко разговор со сцены сменяется зонгами, но именно это заставляет иначе осмысливать происходящее. Мне кажется, в этом и есть особенность Брехта: его театр не всегда дает зрителю возможность сразу во всем разобраться, зато точно оставляет пространство для размышления. Мне самой интересно работать с таким материалом, потому что он заставляет и тебя постоянно задавать вопросы, искать новые смыслы и не относиться к происходящему на сцене как к чему-то очевидному.
Чему научила тебя роль Полли Пичем?
Многие зрители и даже коллеги не узнавали меня в Полли. Я так и не решила, хорошо это или плохо. Наверное, все-таки хорошо: значит, получилось выйти за пределы привычного для меня образа. В Полли очень много разных проявлений и быстрых переключений, и мне было интересно искать, как все это сочетается в одном человеке. Сложно сказать, чему конкретно я научилась, ведь мы постоянно растем и открываем в себе новое. Но этот опыт точно помог мне стать смелее в поиске. К работе над спектаклем я подхожу довольно технически: разминка тела, проговаривание текста с пробкой, распевка. Мне важно подготовить себя физически и вокально, чтобы на сцене чувствовать свободу и быть готовой к неожиданным импульсам.
МНЕ КАЖЕТСЯ, В ЮНОСТИ МНОГИХ ПРИВЛЕКАЮТ ПЛОХИЕ ПАРНИ — В НИХ ЕСТЬ ЧТО-ТО ЗАПРЕТНОЕ, ОПАСНОЕ, А ЗНАЧИТ, ОСОБЕННО ПРИТЯГАТЕЛЬНОЕ.
На твой взгляд, почему Полли Пичем тайно выходит замуж за Мэкки-Ножа — главного бандита Лондона? Это бунт против родителей или ее просто привлекают «красные флаги»?
Для Полли это еще и способ пойти наперекор родителям, доказать свою самостоятельность, получить острые ощущения. При этом она с детства видит определенную модель отношений, в которой грубость и жестокость мужчины воспринимаются как что-то естественное. И, наверное, ей пока сложно отделить настоящую любовь от желания быть выбранной, даже если человек не очень хорошо к тебе относится. Я никого не осуждаю за такой выбор, но мне кажется, важно вовремя понять, где заканчивается романтика и начинается то, от чего лучше бежать.
Очевидно, что Мэкки-Нож важнее для Полли Пичем, чем она для него. Желание заполучить его – это каприз избалованной девушки или в их отношениях есть место чистой любви?
Я бы не назвала Полли избалованной. Несмотря на положение семьи, отец держит ее в довольно строгих рамках и постоянно нагружает работой. Мне кажется, Полли действительно влюбилась, но скорее в образ Мэкки, который сама себе придумала, чем в реального человека. Ей хочется верить в эту историю любви, и поначалу она во многом сама ее себе сочиняет. При этом мне кажется, что по-настоящему Мэкки любит Дженни-Ягодка, и именно она гораздо острее переживает эти отношения. А Полли в какой-то момент довольно быстро перестраивается: когда обстоятельства меняются, она тоже меняет свою позицию и фактически предает Мэкки. И мне интересно, что Брехт не пытается сделать ее за это однозначно плохой — скорее показывает, как быстро чувства и принципы могут уступить место собственным интересам.
У тебя с Максимом Матвеевым, сыгравшим Мэкки-Ножа, сложился очень яркий дуэт. Каково было работать вместе?
Когда узнала, что моим партнером будет Макс, я очень переживала. Мы не были знакомы, но я ходила на спектакли с ним, еще когда была студенткой. Опасения оказались напрасными. Макс — тот человек, который влюбляет в себя с первых секунд. Спасибо ему не только за то, как тепло он ко всем относился, но и за то, что стал для меня примером того, как можно влиться в новый коллектив. Мы с Кириллом (Чернышенко, актером и женихом Елизаветы Кононовой — Прим. ред.) очень подружились с ним за это время. И я до сих пор восхищаюсь тем, как Макс вошел в этот материал: после такого перерыва в театре взяться за большую музыкальную роль, да еще и с таким количеством вокала, — это, мне кажется, очень круто.
МНЕ КАЖЕТСЯ, ОДНО ИЗ ГЛАВНЫХ ЗАБЛУЖДЕНИЙ — ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ТОМ, ЧТО АКТЕРЫ МНОГО ЗАРАБАТЫВАЮТ И У НИХ КАКАЯ-ТО ОЧЕНЬ КРАСИВАЯ, ЛЕГКАЯ ЖИЗНЬ.
С каким заблуждением зрителей об актерской профессии приходится сталкиваться чаще всего?
На самом деле профессия довольно нестабильная в финансовом плане, и далеко не всегда получается выбирать только те проекты, которые тебе действительно близки. Но даже в таком случае, ты все равно стараешься сделать свою работу максимально хорошо — в том числе потому, что никогда не знаешь, к чему она тебя приведет. Еще со стороны не всегда понятно, сколько физических сил требует наша профессия. Нужно поддерживать себя в форме, быть готовой к разным условиям работы, иногда проводить по десять часов на холоде на съемочной площадке. И при этом оставаться в рабочем состоянии. Совмещать театр и кино тоже бывает непросто: нужно успевать переключаться между разными задачами и находить силы на все.
Ну тебе-то как раз это удается! Вообще есть мысли о том, чтобы расширять географию съемок в международных проектах?
У меня уже был опыт съемок в зарубежном проекте. В 2018 году вышел фильм «Как я стал русским», который мы снимали в Китае. По сюжету моя героиня влюбляется в китайца и привозит его в Россию знакомиться с семьей. Конечно, мне хочется двигаться дальше в этом направлении, пробовать себя в международных проектах, знакомиться с новыми людьми, работать с разными режиссерами. Хочется открывать себя миру, но я понимаю, что для этого недостаточно просто ждать подходящего предложения — нужно самой искать возможности и делать шаги навстречу тому, чего ты хочешь.
Какой своей работой в театре и кино в настоящий момент ты гордишься больше всего?
Мне сложно выделить что-то одно, потому что к каждому проекту у меня свое отношение и я по-своему люблю каждую работу. Но если говорить о настоящем моменте, то, конечно, это «Опера нищих». А из кино я бы выделила сериал «Обычная женщина» Бориса Хлебникова и Натальи Мещаниновой, хотя он вышел уже довольно давно. Есть проекты, к которым ты спустя время все равно возвращаешься с особенным чувством, и для меня это один из них.
А какие кинопроекты с твоим участием нам ожидать в ближайшее время?
Недавно вышел сериал «Вор в загоне», где я играю Полину, дочь героя Владимира Вдовиченкова. Там довольно своеобразная семейка, так что зрителей ждет много забавных ситуаций. А еще, конечно, приглашаю всех в театр на «Оперу нищих» — буду очень рада видеть зрителей на нашем спектакле!
Фото: Степан Гладков (личный архив); Пресс-служба Московского драматического театра им. А.С. Пушкина (снимки спектакля «Опера нищих»).
