Я же абсолютно сказочный персонаж: Тина Стойилкович – о риске, балканском темпераменте, любви к России и творческих проектах

Тина Стойилкович родилась в Сербии, но свою карьеру актрисы начала и продолжает в России. Многие запомнили ее по роли Маши в сериале «Многогранники» и Ксюши – в новой «Москва слезам не верит». А уже совсем скоро, 28 мая, в кинотеатрах выйдет триллер «Пропасть». В нем героиня с мужем отправляются в свадебное путешествие, чтобы прыгнуть с парашютом. Пилотом самолета оказывается ее бывший, и в результате крушения они втроем совершают прыжок и остаются висеть на краю пропасти.

В разговоре с PEOPLETALK Тина Стойилкович рассказала, как проходили тренировки и съемки фильма, а также об отношениях с партнерами по нему — Марком Эйдельштейном и Степаном Белозеровым. Актриса поделилась своим отношением к риску, впечатлениями о России и творческими планами.

Первое, о чем думаешь после просмотра трейлера, что все вы трое зависли в довольно неудобном положении. Сколько времени вы находились в подвешенном состоянии?

Это кино – эксперимент для всей съемочной группы, особенно для реквизиторского цеха, который придумал для нас парашютную систему. Нас троих каждый раз обматывали и поднимали на высоту. И в таком неудобном положении мы с Марком и Степой висели несколько часов. Каждый раз, когда кому-то из нас необходимо было отдохнуть, сходить по нужде или принять пищу, нужно было разматываться, снова заматываться и подниматься вверх. На весь процесс уходило минимум 40 минут. Режиссер Алексей Ионов нас очень берег, но сразу предупредил, что будет тяжело. В таких проектах важно доверие, а с командой мне повезло – все поддерживали друг друга.

Где происходили съемки? И какая часть была отснята в павильоне?

Мы снимали в горах Дагестана и частично – в павильоне. Хотя у нас были каскадеры, несколько трюков я выполнила сама. У меня был прыжок в ледяную реку, который я выполнила без репетиций. Незабываемые ощущения! А еще я поменяла отношение к Тому Крузу. Раньше я не подозревала, насколько сложно то, что он делает. Ты не просто исполняешь трюки, но и отыгрываешь эмоции так, чтобы их с разных ракурсов захватили камеры.

Вам нравятся мотоциклы, верховая езда, танцы, коньки. А приходилось ли вам прыгать с парашютом до съемок в фильме?

Нет, но я всегда хотела. Я по натуре экстремал. Мой жених (актер Федор Федотов – Прим. ред.) сначала категорически запретил прыгать – очень беспокоился за мое здоровье на протяжении съемок, но меня было не удержать. По ощущениям, никакой прыжок с парашютом не сравнится с тем, как мы втроем висели на одном тросе в 10 метрах над землей. Помню, как просила Марка отвлекать меня разговорами о погоде, чтобы не паниковать. В одной сцене я вообще прыгала с высоты 6 метров – мне нужно было приземлиться без страховки прямо на коробки.

Оправдан ли этот риск?

Важен баланс и честность с собой: потянешь ли ты это психологически. Как человек, который пережил подобный опыт, скажу, что физика и голос работают иначе – это не сыграть. Речь не о предполагаемых обстоятельствах, а непроизвольных реакциях, которые невозможно предугадать на такой высоте. Вообще это первый подобный фильм в российском кино, и я рада, что мне досталась такая невероятная роль.

В «Пропасти» ваша героиня Даша пытается разобраться в чувствах к мужу и бывшему. Довольны ли вы выбором своей героини?

Хотя романтическая линия безусловно присутствует, эта история больше про поиск себя и внутренней опоры. Поэтому в первую очередь моя героиня выбирает не между двумя мужчинами – она выбирает себя.

Как считаете, почему классические истории о любви почти пропали с экранов? Все больше мы видим фильмы о кризисах в отношениях и доверии, как в «Пропасти».

Нам удалось зайти и туда, и туда. С одной стороны, это любовный треугольник в экстремальных условиях, с другой стороны – моя героиня сталкивается со страхами, чтобы что-то поменять. В этой экстремальной ситуации характеры раскрываются по-настоящему.

Каково было работать с Марком Эдельштейном и Степаном Белозеровым?

С обоими пересекалась на разных кастингах, но со Степой мы знакомы со съемок сериала «Многогранники», и от него я знала, что ожидать. Для меня была интрига увидеть Марка в чем-то совершенно непохожем на то, что он играл ранее. Удивительно, что мы втроем так совпали по духовным ценностям и стали по-семейному близки.

В каком жанре хотели бы себя попробовать еще?

Прямо сейчас я снимаюсь в шикарном сериале «Красная Шамбала». Это фэнтези про подземный город и людей, которые выходят на поверхность. Не буду раскрывать все секреты, но масштаб технической стороны просто завораживает! Когда приходишь на репетиции, на плейбэке уже встроенная графика. У меня не центральная линия, но я играю одного из главных персонажей. Как и в «Игре престолов», здесь много героев, и это безумно интересно. А вообще я же абсолютно сказочный персонаж, и очень жду, когда меня позовут на пробы в какую-нибудь сказку. 

Вы переехали из Сербии в Россию в 18 лет. Какую сербскую привычку вы считаете своим главным преимуществом?

Смелость – я не боюсь быть осужденной или непонятой. Я спокойно отстаиваю свою точку зрения. Есть люди, которые считают, что ты имеешь право свободно выражать мнение, только если чего-то достиг, получил авторитет и статус. Я не считаю, что нужно угождать, но при этом здесь я стала чаще думать о чувствах других людей: не заденут ли кого-то мои слова.

Вы играете на русском языке. Есть ли эмоции или состояния, которые вам проще выразить на родном сербском, чем на русском? Чувствуете ли вы в своей игре влияние балканского темперамента?

Я очень громкая – в Сербии я этого не осознавала, потому что мы все так общаемся. Нет эмоций, которые мне на русском сложно выразить, может, потому что такая эмоциональная профессия. Я говорю свободно, а вот на сербском мне по приезде с непривычки стало сложнее формулировать мысли. Я, конечно, здесь часто чувствую себя иностранкой, но я из тех эмигрантов, которые интегрируются в чужую культуру. Мне так нравится в России, и я хочу здесь работать и строить семью. У меня наверняка и в жизни, и в профессии проявляется балканский темперамент, но я считаю это своим плюсом!

Скучаете ли вы по сербской кухне и готовите ли что-то родное дома в Москве?

В сербской кухне на завтрак, обед и ужин едят мясо, и мне это нравится. Когда я приехала в Россию, я стала чаще есть каши или блины с нутеллой, например. Я люблю нашу кухню, но у вас блюда более разнообразные и полезные. Здесь я скорее скучаю по бабушкиной и маминой еде.

Есть ли у вас какое-то хобби (скрытый талант), о котором никто не догадывается?

Я очень люблю фотографировать и делать коллажи.

Фото: Варвара Окшина.