#Кино

Знакомая история: зачем Disney переснимает собственные мультфильмы и почему они чаще всего оказываются хуже оригиналов?

Любитель британских гангстеров и роскошных костюмов, Гай Ричи снова согласился на работу с Disney и поставит для студии киноверсию мультфильма «Геркулес» (1997). Полнометражный «Аладдин» у него вышел отличным (еще и в прокате собрал больше миллиарда долларов), а продюсируют новый фильм к тому же Энтони и Джо Руссо, авторы финальных «Мстителей», так что фильм автоматически перемещается в топ самых ожидаемых. И пополняет собой список полнометражных адаптаций Disney своей мультипликационной классики.

Тенденцию на переосмысление детских сюжетов в игровом взрослом кино студия задала еще несколько лет назад и начала ее, пожалуй, еще с «Малефисенты» в 2014-м, взявшей за основу классическую историю «Спящей красавицы». Тогда эксперимент оказался удачным и принес в копилку Disney даже номинацию на «Оскар» за лучшие костюмы и больше $ 758,4 миллиона в прокате при бюджете в $ 180 миллионов, но следующие пробы пера на поприще большого кино для компании таким же успехом оборачивались редко, так что высокие кассовые сборы (а практически все фильмы Disney взрывали прокат почти на миллиард долларов) объясняются скорее зрительской ностальгией, чем качеством продукта.


Зачем Disney переснимает классику?

Уолт Дисней не любил сиквелы и ремейки, а потому всегда делал ставку на новые сюжеты вместо продолжения старых. Исключение было сделано в 90-х для «Короля Льва», «Аладдина» и «Красавицы и чудовища», но тогда следующие части проходили мимо большого проката и до сих пор известны только самым искушенным. Тактику Уолта Диснея перенял Джеффри Катценберг, возглавлявший студию в 1991-м и написавший в служебной записке: «Люди не хотят смотреть то, что они уже видели». Он был прав, но с опозданием на несколько десятков лет. Именно в 90-е (а позже и в 2000-е) стало понятно, что зрителю теперь нужно как раз повторение уже знакомого – так меньше риск ошибиться. 

«Аладдин»

Аналитический эксперт Уолт Хики писал об этом явлении в своей колонке для Five Thirty Eight так: «В последние годы индустрия стала свидетелем солидной цепочки успехов, рожденных благодаря перезапуску или усовершенствованию старого контента.

Ты ставишь на контент, о котором люди уже имеют представление.

В то же время студии боятся тратить миллионы долларов на фильмы, у которых нет сложившейся аудитории. Они стремятся минимизировать риски. Люди ходят в кино по разным причинам, но нужно максимально увеличить число причин, по которым они пойдут на твой фильм».

С небольшой задержкой, но Disney эту тенденцию кинематографа принял и взялся за свою же классику, делая ставку на полюбившиеся и знакомые образы. Сюжет большинства своих проектов студия при этом переделывать не стала – так на экраны вышли «Король Лев» и «Красавица и чудовище» с Эммой Уотсон. Что это было? Скорее эксплуатация зрительской ностальгии и парад технических достижений корпорации (спасибо технологиям трехмерной графики CGI и Motion Capture, оцифровывающей движения реального объекта).

Чуть менее очевидной в этом смысле получилась «Золушка» с Лили Джеймс, хотя там и оцифровывать, по сути, было нечего, так что и ставку делать пришлось на характеры персонажей.

«Золушка»

Новые смыслы (и какие!) студия добавила в «Дамбо», сделав из сказки про циркового слоненка политическую историю про зоозащиту, феминизм и борьбу с корпорациями. Мультфильм получился неплохим, и Disney, судя по всему, решил экспериментировать с переосмыслениями давно знакомых историй дальше. Как оказалось, зря. Вышедшая через год «Мулан» провалилась в прокате и в глазах зрителей по ряду причин: задержка съемок из-за пандемии, перенос премьеры все из-за того же COVID-19 и, что самое главное, избавление от ключевых деталей сюжета в виде дракончика Мушу и любовной линии Мулан.

Disney стремился скорее угодить политическим требованиям времени, а потому по итогу в прокате мы увидели чистый коммерческий проект.

Вместо «той самой» красивой и сильной истории, любимой миллионами.


Почему же игровые ремейки Disney хуже мультфильмов?

Фильмам Disney в отличие от старых добрых мультипликаций, если честно, просто не всегда хочется верить, и даже самые статусные актеры (вроде Эммы Уотсон в «Красавице и чудовище») ситуацию спасти не могут. Здесь надо помнить, что свои мультфильмы Disney создавал прежде всего для детей, поэтому в оригиналах тех лет все максимально упрощено – нет многослойных характеров и тяжелых драматичных поворотов, непонятных аудитории 6+.

Как следствие – актерам просто нечего играть и весь их широкий кинематографический опыт сводится на нет плоскостью персонажей.

Это не плохо и не хорошо, но на экране это просто скучно, поэтому после той же «Красавицы и чудовища» в памяти остается не Белль с ее любовью к книгам и сопротивлением самодовольному охотнику, желающему добиться ее сердца, а скорее ее яркое желтое бальное платье. Красиво? Да. Интересно? Вряд ли.

«Красавица и чудовище»

Слишком реалистичным кажется и «Король Лев», и это вроде бы круто – мол, посмотрите, до чего дошли технологии. Но очень уж похоже на документальную программу в духе Discovery Channel. При сохранении всего самого важного (спасибо за очаровательного Пумбу, ту самую сцену в каньоне и шикарное музыкальное сопровождение от Ханса Циммера) новый «Лев» все равно как будто теряет свою знаменитую мультипликационную волшебность и даже не пробирает на слезы в момент смерти Муфасы, чего не скажешь, конечно, об оригинале 1994-го.

«Король Лев»

Наличие таких знаменитых предшественников играет в этом случае не на руку – когда смотришь одну и ту же историю несколько раз, теряется эффект новизны.

Впечатление все-таки не может снова стать первым.

Этим же объясняется успех, например, «Малефисенты», взявшей за основу «Спящую красавицу», но сменившей угол с принцессы, спящей вечным сном, на главного антагониста истории. Новый центральный персонаж, немного переделанный сюжет, все же сохранивший ключевой посыл про настоящую любовь, хороший актерский состав, которому есть где развернуться (в оригинале про злодейку мы знали мало, а значит, трактовать ее историю можно без опоры на классику) и талантливый Роберт Стромберг, на съемочной площадке «Аватара» выступавший художником, в кресле режиссера обеспечили фильму успех.

«Малефисента»

Еще одним приятным исключением для Disney стала «Алиса в Стране чудес» – немного безумная изначально сказка в грамотных руках Тима Бертона заиграла новыми яркими красками, свое дело сделали к тому же звездный состав в лице Мии Васиковски, Джонни Деппа, Хелены Бонем Картер и Энн Хэтэуэй и спецэффекты. Но работает эта схема не всегда: «Кристофер Робин» сделан вроде по тому же принципу, но смотрится, если говорить честно, жутко, так что на экране вместо плюшевых Винни и его друзей мы видим героев, больше похожих на галлюцинации, а вместо светлых воспоминаний о детстве получаем историю про кризис среднего возраста.

«Кристофер Робин»

У Disney реально все так плохо?

Утверждать, что Disney провалился со своими полнометражными киноэкспериментами, было бы несправедливо. Студия все еще умеет снимать отличное кино (про мультфильмы мы вообще молчим) и лучше всего показывает это на примере своих оригинальных работ: «Пит и его дракон», «Земля будущего», «Одинокий рейнджер», «Джон Картер», «Принц Персии: Пески времени» и другие картины доказывают, что кризиса идей у них не наблюдается.

Другой вопрос, что в погоне за завоеванием мирового проката, который на знакомые по мультфильмам истории откликается априори лучше, Disney идет по пути наименьшего сопротивления и делает что-то очень очевидное, хоть и красивое, но пустое.

Из последних проектов студии подобного не случилось разве что с «Круэллой» Крэйга Гиллеспи, подарившего нам «Тоню против всех», с Эммой Стоун в главной роли. История о молодой Стервелле Де Виль, одержимой собачьими шкурками, получилась нетипичной и очень красивой, за что получила заслуженный «Оскар» за костюмы. Получится ли повторить успех у экранизации Геркулеса? Увидим!