Логотип Peopletalk

«Шантажирует меня»: Даня Милохин о заработках, дедовщине в детдоме, отношениях с братом и Моргенштерне

Редактор отдела новостей

Даня Милохин продолжает покорять новую аудиторию. Тиктокер стал гостем YouTube-шоу Ксении Собчак и откровенно рассказал о личной жизни и работе. Собрали самое интересное!

Ксения Собчак и Даня Милохин (YouTube-шоу «Осторожно, Собчак!»)

Про заработок:

«Раньше я давал водителю 20 тысяч рублей в день. 500 тысяч за месяц! Сейчас уже нет такого. Стараюсь не сорить деньгами. Каждый месяц мне приходят разные суммы. Больше 2 миллионов рублей».


Про биологических родителей:

«Не хочу знакомиться с ними. Не интересно. Не хочу навязываться. <…> Отчасти рад, что нет родителей: есть свобода».


Про дедовщину в детском доме:

«У нас была дедовщина. Я думаю, все равно это меня воспитало, то что меня били. За мат. Воспитатель пишет или звонит старшим мальчикам. Вечером они приходят, собирают детей, которые за это время что-то сделали не так. И разговаривают: «Даня, зачем ты выругался матом?» И бамс. Я понимаю, что я лучше не буду ругаться матом, чтобы потом не получить лещей. Били, пока не заплачу, наверное. Пожаловаться было некому. Я считал, что это нормально, что всех людей учат так. Однажды меня ударили так, что от ладошки остался синяк. И я не поехал на мероприятие, потому что из-за синяка меня заперли в изоляторе».


Про отношения с братом:

Даня: «Мы не общаемся и не общались. Когда я только начинал, он говорил всем: «Не называйте его моим братом», «Дань, ты мне не брат». Он, видимо, стыдился меня. Зависел от мнения окружающих. Не поддерживал меня. Он зарабатывает моей фамилией. Нет сентиментальности к нему. Он не заступался за меня, не защищал, но у меня нет обиды на него. Мне не нравится, когда он лицемерит. Бывает, что он будто шантажирует меня».

Илья: «Почему не общаемся? Во всем виноват детский дом. У нас были разные интересы. У меня спортивная карьера. Я его не подпускал к себе. Из-за конкуренции, может быть, потеряли контакт. Там избивали, а лучших не трогали. Его уважали, у него был авторитет. Он был любимцем директора: встречал гостей, попечителей. Я был ближе к пацанскому движу. Из-за этого потеряли контакт. Я был замкнутый, а он более активный. Я не готов с ним сейчас увидеться. У нас есть недоверие друг к другу. Вдруг он подумает, что я хочу хайпиться на нем».


Про приемную семьи и запрещенные вещества:

«Отец и мать, у них много детей, строят семью. Думаю, отец хотел, чтобы я помогал, ведь я уже взрослый. Я помогал. Но я ждал момента, когда я уеду учиться. И начались запрещенные вещества. И отец устал, он понял, что я не хотел его слушать. И он перестал мне звонить, потому что я вел себя как гов*. Полгода я думал, что просто пробую запрещенные вещества. Был легкий передоз. Но потом понял, что нужно наслаждаться реальностью. Потом мы восстановили отношения с семьей. Я кидал им 300 тысяч рублей. Они благодарны. У нас все хорошо».


Про Моргенштерна и свой образ:

«Он гений, в какой-то степени пример, как надо проще относиться к вещам. Не гнаться за чем-то. Он не делает так, как делают все. Провоцирует. Что касается моего образа, то он не отличается от меня настоящего».

Купить рекламу

На этом сайте мы используем файлы cookies. Продолжая использование сайта, вы даете свое согласие на использование ваших файлов cookies. Подробнее о файлах cookies и обработке ваших данных - в Политике конфиденциальности.