Логотип Peopletalk

Эволюция театрального этикета: какие правила остались в прошлом, а что неизменно? Отвечают артисты и зрители

Главное изображение статьи
Реклама

Споры об этикете в современном театре не утихают: для одних это священные правила, которые нельзя нарушать, для других – пережиток прошлого. Недавно эту тему вновь поднял Максим Матвеев, который играет роль Мэкки-ножа в спектакле «Опера нищих» в театре имени Пушкина. Поводом для обращения актера к аудитории послужило некорректное поведение зрителей в зале.

Актер вежливо напомнил, что съемка разрешена только на поклонах, а публикация фрагментов спектакля в интернете напрямую нарушает закон об авторских правах. По его словам, снимающие люди мешают остальным гостям в зале получить настоящие эмоции от происходящего на сцене. Кроме того, он сам не раз замечал, как зрители судорожно пытаются выключить вспышку, которая автоматически включается во время съемки и светит на сцену и на головы соседей. А выложенные отрывки волей-неволей формируют первое впечатление, и то, что люди испытают на спектакле, будет уже вторично.

Однако в комментариях к посту актера нашлись люди, которые не видят проблемы в видео и фотофиксации без вспышки, если грамотно подойти к вопросу и заранее ее выключать. Другие поддержали Матвеева, отметив, что надо соблюдать правила театрального этикета. Это вопрос поднял и Олег Меньшиков в аудиоподкасте театра Ермоловой «#Tableшоу». Олег Евгеньевич признался, что раньше его тоже раздражала съемка в зале, но сейчас он привык. А по фрагментам из интернета невозможно создать полноценное впечатление о спектакле. Некоторые, по его словам, могут специально ехать из другого города, лишь бы увидеть и запечатлеть любимого артиста.

PEOPLETALK решил подробно разобраться в теме театрального этикета и поговорил с экспертами индустрии: актерами, журналистами, критиками и просто любителями храма Мельпомены. Мы хотели понять, какие трансформации произошли в неписаных правилах за последние годы и как сейчас относятся к съемке и дресс-коду, и что чаще всего вызывает возмущение в поведении зрителей.

В этом театре я – главный экспонат

Кристина Левиева, журналист и ведущая шоу «Утро. ТНТ», считает, что выбор одежды зависит от театра. Например, приходить в Большой театр в джинсах совершенно неприемлемо, особенно если вы идете на Историческую сцену, а в театр «Пространство «Внутри» или Мастерскую Назаровцев вполне можно прийти в спортивном костюме. «Оба этих театра находятся в подвальных помещениях, отличаются очень простой обстановкой и всячески стремятся привлечь молодежную аудиторию, отказаться от помпезности и официоза, традиционно принятых в русском театре», – объясняет она.

Фрагмент из спектакля «Житие FM». Фото: сайт театра «Современник»

Театральный критик Мила Денева отмечает, что никакого официального дресс-кода в театрах не существует. «Все зависит от человеческого фактора и работает ситуативно. Знаю случаи, когда в Большой театр в теплое время года зрителей в шортах или в майках могли не пустить. Но повторюсь: официального предписания не существует. Единственный, кто оценивает дресс-код в зале, это сам зритель», – делится она.

По ее словам, одежда определяет наше состояние. Например, на каблуках, в корсете или вечернем платье меняется осанка, походка, мироощущение. «Есть зрители, которые подбирают дресс-код в соответствии со сценографией и стилем костюмов спектакля. Это позволяет отделить свое будничное состояние от праздничного», – говорит Мила Денева.

Внешний вид зрителей многое говорит о самом театре: качестве спектаклей и позиционировании.  

Начальник отдела по связям с общественностью Театра Наций Максим Андриянов полагает, что обсуждать всерьез какой-либо этикет в 2026 году уже даже неловко: «Свобода победила – сегодня достаточно придерживаться правил посещения театра: быть чистым, опрятным и не в пляжном».

Театральный блогер, автор Telegram-канала «Слово Славы» Вячеслав Герасимчук признает, что зритель в последние годы стал сильно демократичнее. «За дресс-кодом строго следят лишь музыкальные театры. Чаще ходят, одеваясь в условный смарт-кэжуал. Не чопорно, но при этом и в рамках приличия. Есть независимые театры, куда можно в худи и драных кедах. В худшем случае вас примут за слишком экстравагантного персонажа», – рассказывает он.

Заслуженный артист России Сергей Юшкевич тоже считает, что главное – соблюдать рамки в выборе образа, а сам дресс-код уже давно не играет значимой роли при походе в театр: «Помню, когда «Современник» играл на Яузе. Играем Шиллера, в первом ряду сидит человек в шортах и футболке, а между ног у него еще и банка пива».

Я видел людей в шортах, футболках и сланцах. Для меня это омерзительно.

Он восхищается девушками, которые приходят в вечерних платьях, на высоких каблуках, и мужчинами в костюмах. «Это красиво. Для них поход в театр – особое событие. Я не могу себе позволить прийти в театр в футболке и шортах. Для меня это неуважение к любому театру», – отмечает актер.

Фото: Unsplash

Театральный журналист Екатерина Рудненко признается, что любит нарядиться, чтобы подчеркнуть особенность вечера. Но при этом считает, что каждый сам вправе выбирать образ для выхода в свет. По ее мнению, сегодня представления об уместном театральном гардеробе стали свободнее.

«Я не считаю обязательными строгие предписания вроде «закрытый верх, длинный низ и собранные волосы». Скорее, стоит ориентироваться на формат постановки. Отдельный случай – когда организаторы заранее обозначают требования к одежде, связанные с форматом спектакля. Тогда дресс-код становится частью договоренности со зрителем, которую стоит учитывать», – говорит она.


Не опаздываю, а задерживаюсь

Актер театра Ермоловой Филипп Ершов не приемлет опоздания. «Они забирают на себя очень много внимания. Если вас все-таки пустили в зал, то лучше всего тихо сесть на свободное место с краю, не мешая артистам и зрителям, которые уже погружены в действие», – отмечает актер.

Если вас все-таки пустили в зал, то лучше всего тихо сесть на свободное место с краю, не мешая артистам и зрителям.

Евдокия Германова, артистка Театра на Ордынке, делится: у них опоздания допустимы, персонал любезно сопровождает зрителей на свои места. «Рассадка опоздавших зрителей не может смутить актеров, которые владеют вниманием и сюжетом, осознав, что происходит в зале, они не собьются с главной задачи спектакля. Но всегда надо предусмотреть, проанализировать свой визит в театр, лучше приехать на час раньше», – отмечает она.

Фото: Unsplash

Никита Владимиров, директор Театра на Страстном, против опозданий. В большинстве театров после третьего звонка вход в зал запрещен. Если опоздавшего все-таки проводят, его сажают на балконе или где-нибудь сбоку, чтобы он не отвлекал остальных зрителей. Однако, по его словам, многое зависит от формата постановки.

«Конечно, в некоторых жанрах, например в мюзиклах, опоздание не так принципиально. В драматических спектаклях оно имеет большее значение. Мы живем в Москве, где много деловых людей, которые едут в театр после работы и часто опаздывают. Поэтому это постоянная практика. Рассадка опоздавших зрителей не сможет смутить актеров, но лучше приходить вовремя», – отмечает Владимиров.

Кирилл Гордеев, актер мюзиклов, считает, что опоздания нарушают театральный этикет и мешают людям. «Постарайтесь услышать все три звонка. Это не просто формальность, а важный ритуал, который настраивает на спектакль. Не лишайте себя этого «четвертого акта» подготовки, чтобы получить от вечера максимум эмоций, не вбегая в зал в суете», – объясняет артист.

Постарайтесь услышать все три звонка. Это не просто формальность, а важный ритуал.

Сергей Юшкевич считает, что опоздания, в первую очередь, мешают не артистам, а самим зрителями. «На билетах написано: «После третьего звонка вход в зрительный зал запрещен». И при этом всех пускают. Тогда надо просто убрать эту надпись с билета. Я знаю театры, где, если ты опоздал, первое действие смотришь в фойе на экране, потому что пройти в зал невозможно. Но в основном пускают всех. Причем люди опаздывают на 15, 20, 30 минут. Это отвратительно», – делится актер.


Съемка запрещена

Кристина Левиева считает, что неправильно в современном мире запрещать снимать на телефон в общественных местах. «Я журналист, веду личный блог, где постоянно пишу о театре. Снимаю для себя короткие фрагменты. И еще ни разу не сталкивалась с тем, чтобы после таких публикаций люди говорили: «Ой, я все посмотрел, мне достаточно, на спектакль я не пойду». Скорее наоборот: это еще больше побуждает зрителей, а иногда даже людей, далеких от театра, прийти и увидеть своими глазами. Я не согласна с тем, что отвлечение на телефон и съемка обязательно мешают восприятию спектакля», – объясняет она.

Не надо бороться с телефонными привычками зрителей, лучше превратите их в часть театрального опыта. Давайте будем честны, кашляющий зритель мешает гораздо больше, чем снимающий что-то на телефон.

Сергей Юшкевич тоже не имеет ничего против съемок на телефон. «Когда говорят, что это очень мешает артистам на сцене, я чувствую себя каким-то больным человеком. Если я вышел на сцену, мне никто не помешает, даже если в зале будет взрыв. Поэтому лично для меня в этом смысле криминала нет. Если человек снимает, чтобы потом рассказать о спектакле, популяризировать артистов и театр, я к этому хорошо отношусь», – делится актер.

Фрагменты из спектакля «Опера Нищих». Фото: сайт театра Пушкина

Максим Андриянов, наоборот, против использования телефона во время спектакля. Кроме того, он напоминает, что это запрещено правилами театра. И дело тут не только в том, что свет экранов мешает зрителям и артистам или разрушает сакральную атмосферу. Основная причина лежит в российском законодательстве.

«Спектакли (концерты и иные мероприятия) являются интеллектуальной собственностью театра и постановщиков. В целях обеспечения охраны авторских и иных смежных прав фото-, кино-, видео-, телесъемка, любые виды аудиозаписи спектаклей или их фрагментов без специального письменного разрешения администрации театра запрещены. Для съемки на память есть момент поклонов, если вы выложите такое видео и отметите театр, вам будут только благодарны», – объясняет Андриянов.

Для съемки на память есть момент поклонов.

Филипп Ершов считает, что все зависит от формата постановки. Если на сцене происходит что-то развлекательное, то фото и видеосъемка уместны, в ином случае – нет. «Но если мы говорим про какой-то драматический спектакль, здесь нужно понимать, что съемкой зрители сбивают не только артистов, но и других людей, которые сидят в зале и следят за происходящим», – делится он.

Вячеслав Герасимчук предлагает посмотреть на ситуацию под разными углами: «С одной стороны, есть множество театров, которые призывают зрителей: «Снимайте!». С другой, я довольно долгое время пытался внушать через свой блог, что съемка часто мешает другим зрителям и артистам».

Добрым словом и фотокарточкой, а иногда и видеороликом можно привлечь в театр больше людей, чем только добрым словом.

Его, например, сильно отвлекает чужой светящийся телефон. По словам журналиста, некоторые умудряются поднять смартфон над головой, чтобы сделать хороший кадр. «Поэтому в стотысячный раз скажу: снимайте на поклонах. Так все будут рады, а не только вы», – говорит он.

Фрагмент из спектакля «Сергей Маковецкий. Неслучайная встреча». Фото: сайт театра «Современник»

Актриса театра «Современник» Татьяна Бабенкова считает, что использование телефонов в зале влияет на общую атмосферу, поэтому перед началом спектакля зрителей просят их отключить. «Задача артистов – погрузить зрителя в обстоятельства спектакля, помочь ему почувствовать другой мир. Звонок телефона, свет экрана или попытка сделать фотографию разрушают эту атмосферу, отвлекают и артистов, и зрителей. Приходится заново выстраивать контакт с залом. Если это повторяется часто, сохранить его становится очень трудно», – объясняет Бабенкова.

Мила Денева двояко смотрит на ситуацию. С одной стороны, она против съемки на смартфон, когда процесс мешает артистам и зрителям. С другой, видит в этом огромный плюс для продвижения спектакля. «В эпоху тотального контента запрещать видеосъемку в театре довольно глупо. Как зритель я не вижу в этом проблемы», – объясняет Денева.

20‑секундный фрагмент, выложенный в соцсети, никак не заменит спектакль и не повлияет негативно на продажи – напротив, создаст дополнительную информационную волну вокруг постановки.

При этом она напоминает, что выложенные в соцсеть фрагменты нарушают авторское право, но некоторые театры сами предлагают снимать, просто отмечать их официальный аккаунт или ставить соответствующие хэштеги.

Фрагмент из спектакля «Идиот». Фото: сайт театра Пушкина

«Вырванный из контекста видеофрагмент порой создает впечатление, прямо противоположное тому, что задумывали создатели спектакля», – резюмирует Денева, но признается, что снимает только в рабочих целях с приглушенной яркость экрана. Однако есть театры, где съемка на телефон не только не запрещена, но и приветствуется. Среди них – театр на Ордынке. Евдокия Германова признается, что включенный экран смартфона ее не смущает: «Через фотоаппарат, через камеру, через подсматривание за происходящим между героями, зритель словно попадает в другое пространство, в другой мир, чтобы потом еще раз взглянуть на кадры и вновь это в себе испытать».

Екатерина Рудненко тоже считает, что съемка уместна, если театр ее разрешает или предполагает, как часть действия. В противном случае она рекомендует доставать смартфон только на поклонах. «Светящийся экран рядом буквально вытаскивает из спектакля. Ты только успел погрузиться в происходящее – и тут твое внимание переключается на чужой телефон», – делится она. При этом, как журналист, она понимает желание зрителей запечатлеть интересный момент, но сама старается быть незаметной для окружающих, когда согласовывает съемку с организаторами.

Фрагмент из спектакля «Космос». Фото: сайт театра Пушкина

Кирилл Гордеев тоже напоминает, что съемка фрагментов спектакля относится к нарушению авторского права, а также оказывает театру «медвежью услугу», распространением «размытых видео с плохим звуком». «Многие артисты смирились с тем, что зрители приходят с гаджетами: сегодня соцсети диктуют свои правила. Но от этого все равно становится грустно. Невозможно полноценно снимать и одновременно глубоко проживать эмоции спектакля», – объясняет он.

Многие артисты смирились с тем, что зрители приходят с гаджетами: сегодня соцсети диктуют свои правила. Но от этого все равно становится грустно.

Гордеев считает, что можно снять пару для личного архива, но не выкладывать в интернет, а лучше и вовсе сделать фото на поклоне. «Больше всего магию разрушают не сами экраны, а вспышки и звуки. Вспышка в темноте может засветить сцену в самый неподходящий момент. Например, когда по замыслу артист должен незаметно уйти в затемнении, а из-за вспышки весь зал видит, как он бежит за кулисы. Это обесценивает часы кропотливых репетиций», – делится актер.


Что еще портит впечатление?

Мы узнали у экспертов и зрителей, какие моменты в театре больше всего вызывают негативные эмоции. Среди часто называемых черт и моделей поведения – неуважение к чужим границам, вульгарность, хамство, резкие запахи, алкогольное опьянение, демонстративный выход из зала во время спектакля, перешептывания, громкие комментарии, посторонние звуки: шуршание, звонок телефона, скрип стульев. Многим не нравится, когда люди сидят с включенным экраном смартфона и переписываются, а также резко встают со своего места или начинают аплодировать раньше законченной реплики или финала.

Фрагмент из спектакля «Идиот». Фото: сайт театра Пушкина

Мила Денева говорит, что овации не всегда уместны. «Люди нередко встают, потому что устали сидеть несколько часов и хотят размяться. Кому‑то кажется, что сидеть, когда артисты стоят, как‑то некорректно. В итоге зрители вскакивают без особого повода. Из‑за поднявшихся рядов бывает сложно следить за поклонами – тоже важной части спектакля», – объясняет театральный критик.

Овации стоя – знак высшего признания, свидетельство того, что на сцене произошло нечто по‑настоящему выдающееся.  

Кирилл Гордеев признается, что самое страшное – звонящие телефоны. «Несмотря на предупреждения перед началом, это случается регулярно. Звонки разрушают концентрацию и энергетику спектакля. Мы стараемся их игнорировать, но иногда из-за этого приходится даже останавливать действие», – делится актер.

Самое страшное – звонящие телефоны.

Татьяна Бабенкова тоже против включенного звука на смартфоне. «Страдают люди, которые выполнили просьбу театра и пришли посмотреть спектакль. Отключить телефон на время спектакля – простое проявление уважения к артистам и к тем, кто сидит рядом», – отмечает она. Кристина Левиева делится, что была в ситуациях, когда артисты профессионально обыгрывали звонок телефона, и это не нарушало общую атмосферу постановки.

Екатерина Рудненко против громких комментариев и перешептывания, но при этом она просит не путать простые разговоры с живой реакцией зрителя. «Смех, слезы, удивление, неоднозначное восприятие постановки – естественная часть взаимодействия с театром», – отмечает журналист.

Твоя свобода реагировать не должна лишать зрителей возможности увидеть и услышать спектакль.

Вячеслав Герасимчук не понимает грубых людей, которые вступают в конфликты на пустом месте. «Самая забавная категория зрителей – хамоватые забывашки. Они приходят к вам, начинают «с порога» качать права, что вы сидите на их месте, потом выясняется, что у них и вовсе бельэтаж, а не партер. Чаще всего такие персонажи после инцидента ни перед кем не извиняются, уходя с высоко поднятой головой», – говорит он.


Занавес

Никакого дресс-кода давно не существует. Зритель сам выбирает, что надевать в театр. Но считать этот критерий совсем уж пережитком прошлого было бы неверно. Внешний вид все равно имеет значение. В независимый современный театр, где эстетика часто строится на демократичности, вполне уместно прийти в джинсах и худи. А вот для визита в Большой театр или «Ленком» лучше придерживаться более торжественного стиля – вечернее платье или строгий костюм здесь не просто дань традиции, а часть многолетнего ритуала.

Отношение к съемке на телефон неоднозначное. Единого стандарта нет: одни театры спокойно относятся к фото и видео, другие – категорически запрещают. Так что не поленитесь заранее уточнить правила перед конкретной постановкой. Ну и, конечно, нельзя забывать про авторское право: если театр официально запрещает съемку, допустимо фиксировать моменты только на поклонах или в антракте.

К опозданиям сегодня относятся заметно терпимее, чем раньше. Уже во многих театрах пускают после третьего звонка и аккуратно провожают на свои места. И актеры, и зрители понимают, что есть пробки и форс‑мажоры. При этом сохраняется негласное правило хорошего тона: если ты все же опоздал, постарайся занять место максимально незаметно, без лишнего шума и суеты, тем самым  проявив уважение к артистам и публике.

Фото обложки: Unsplash

Реклама
Рекомендуем