Логотип Peopletalk

Эксклюзив: Мигель о полиаморности, российском шоу-бизнесе, ссорах с Аллой Пугачевой и Лолитой и отношении к Светлане Лободе и Ольге Бузовой

Главное изображение статьи
Купить рекламу

Не так давно на ТНТ стартовал новый сезон шоу «Танцы», который станет последним. По этому поводу поговорили с одним из членов жюри проекта, хореографом и режиссером-постановщиком Мигелем – только нам он впервые рассказал о личной жизни, Егоре Дружинине и конфликте с Аллой Пугачевой.


О популярности

Я считаю, что я известный, но я изначально отказывался от славы. Когда меня приглашали в «Танцы», я им сказал, что всю жизнь здесь сидеть не буду. Не хочу в кадр, не хочу быть знаменитым, не хочу ничего, потому что знаю, что это такое. Мне хочется спокойно жить так, как я хочу. Я на «Фабрике» насытился этим сполна (в 2004-м Мигель принимал участие в «Фабрике звезд 5» под руководством Аллы Борисовны Пугачёвой и стал финалистом шоу. – Прим. ред.).


О личной жизни

Сейчас я один, и мне хорошо. Меня не пугает одиночество, я очень люблю это состояние. И привязываться ни к кому сейчас не хочу, да и незачем. Во-первых, я осознал свою полиаморность (система взглядов, допускающая возможность существования любовных отношений с несколькими людьми одновременно. – Прим. ред.). Если в детстве общество наседало на всех, в том числе и на меня, по поводу какой-то моногамности в отношениях, то сейчас я понимаю, что это не для меня.

Я могу держать обет – так было в течение 11 лет, когда я был в отношениях. А сейчас не хочу. Детей очень хочу, но это другое.


О внешности и отношении к себе

Мне всегда не нравилась моя внешность, потому что я не такой, как все, и это было странно воспринято обществом, в котором я родился. Все это оставило отпечаток на мне, что я некрасивый. Танцы помогают мне избавиться от комплекса неполноценности, они раскрывают красоту тела, причем неважно, какой человек – его пол, раса, характер.


О Егоре Дружинине

У меня к нему вообще нет никаких претензий.

«Танцы»

Мы с ним знакомы 22 года, с тех пор, как мне было 16 лет, и поэтому я понимаю амбиции и его, и свои. Когда начались «Танцы», мы были одинаково популярны, если можно так сказать, но каждый был хорош в своем, у каждого был свой стиль и свое видение. Возникли недопонимание, неприязнь друг к другу, вот мы и разошлись, как в море корабли.

Сейчас восстанавливать какие-то теплые отношения мне не очень хочется, потому что есть еще какие-то люди, которые на это постоянно могут влиять. Ломать это не собираюсь, по крайней мере, до конца сезона «Танцев» я его ненавижу.


Об Ольге Бузовой

Она беспрекословно тебя слушает и делает так, как тебе надо – в этом ее уникальность. Она трудолюбива и очень способна, это вдохновляет. Таких немного, в основном что-то нужно подделывать под артиста. Она абсолютно простая и удобная.

Помню, она меня поразила, когда я ставил номер в цирке, и Оля сама, без страховки, выполняла номер на трапеции. Пробовала, не получалось, пробовала снова.

«Танцы»

Иногда слушаю ее музыку и чувствую: это хит, но надо подкрутить чуть, чтобы было «вау». Почему она на это не решается – не знаю. Все знают ее песни, это гениальный продукт, и она могла бы стать русской Мадонной, если за нее взяться, посадить работать и сказать: «Ты пашешь над тем, тем и этим». Из Мадонны Мадонну сделала именно команда.


О конфликте с Аллой Пугачёвой

Когда я несколько раз режиссировал «Рождественские встречи» Примадонны, я видел артистов, которые стояли на сцене, опустив головы, и которых она отчитывала. Целый ряд артистов. А потом они все ко мне подходили и говорили: «Мигель, не обращай внимание, все нормально». А я им сказал: «Для вас нормально, для меня – нет. Я не могу так». Вот после этого я и ушел. Для меня это неприемлимо. Больше никогда не работал с российским шоу-бизнесом.

Там была жесть, в которой я не захотел участвовать. После этого я пообещал себе, что больше никогда не буду работать с Аллой Борисовной, и говорю это до сих пор. Она в таком возрасте, когда с ней могут работать только те люди, которые при ней. Новые впрыски туда уже не пойдут.


О Лолите

Была ужасная ситуация на концерте в Украине, над которым я работал для телеканала «Интер»: нужно было за ограниченное количество времени поставить кучу номеров. Я был вдохновлен тем, что наконец-то поработаю с Лолитой, для нее нужно было поставить номер на песню «Владимирский централ», и я хотел сделать это неординарно, выбрал тюремное танго.

А когда она пришла на сцену и увидела декорации, сказала: «Что это за #&!@%, уйдите все отсюда, вы что, не понимаете, какую я песню пою, вы что, слова не знаете?» Я ответил, мол, может, вы посмотрите сначала, а потом примите решение? «Уберите все #&!@% со сцены».

Она поступила как #&%! последняя. Я не боюсь сказать ей об этом в лицо. Вопрос закрыт для меня с этим артистом. Я близко к ней больше не подойду.


О Светлане Лободе и Нателле Крапивиной

Мне нравится то, что она делала раньше, сейчас – нет. Песни, клипы, внешний вид – ничего. Раньше мы дружили, общались плотно, с Нателлой Крапивиной (продюсер Светланы Лободы. – Прим. ред.) тоже. Нателлу я люблю и уважаю, но вот ее, мне кажется, Свете и не хватает – ее активного участия, потому что она обладает таким вкусом и чуйкой, которые я редко встречал.

Купить рекламу

На этом сайте мы используем файлы cookies. Продолжая использование сайта, вы даете свое согласие на использование ваших файлов cookies. Подробнее о файлах cookies и обработке ваших данных - в Политике конфиденциальности.